В кенийской деревне нет электричества и водопровода, зато есть натуральное хозяйство в чистом виде. Вместо тракторов — волы: и грузовики, и сельхозтехника, и медитация для хозяина, который неторопливо идёт за плугом и размышляет о жизни.

В сельском магазине покупают только то, что нельзя вырастить: соль, мыло, стиральный порошок, спички, сахар и батарейки. Всё остальное своё. Плюс вечная африканская пыль.

Каждая семья занята делом: кто-то держит коз, кто-то вырезает ложки из дерева, кто-то разводит пчёл. На пасеке меня угощали свежими сотами. Мёд был сладкий, а пчёлы летали вокруг с лёгким профессиональным недовольством.

Просто пройти по улице здесь невозможно: обязательно позовут в гости на чай или хотя бы посмотреть поближе. Последний белый человек, музунгу, был здесь в 1967 году.

Так что моя социальная миссия быстро определилась: сидеть на пластиковом стуле, пить очень сладкий чай и улыбаться людям, которые приходят посмотреть. В деревне я теперь местная достопримечательность. Почти как баобаб 🌳.

В пустыне Сахара выпал снег. Опять. Вчера на севере Алжира оранжевые песчаные дюны превратились в белые холмы. Такое зрелище можно застать не часто – раз в 5-10 лет. Ученые связывают это с общей климатической нестабильностью, когда холодные воздушные массы с Атлантики и Средиземного моря проникают глубоко на территорию пустыни.

Фото: соцсети

Все новости в MAX.

Шаманский фестиваль

А еще Тыва безумно интересна в плане этнографии. Колорит тут зашкаливает, а человека европейской внешности на улицах встречаешь так же редко, как в соседней Хакасии — хакаса (забавно, но эти географически близкие республики — полные антиподы друг друга: в Хакасии хакасов практически нет, а в Тыве — одни тувинцы).

Официальная религия Тувы — буддизм, но, как и в Бурятии, наряду с буддизмом тут процветает шаманизм — параллельная традиционная религия. К шаманам ходят, их уважают, шаманы образуют целые профсоюзы и получают поддержку властей. У них даже есть собственный «корпоратив» — фестиваль «Дунгур».

Событие это совсем не туристическое и не имеет ничего общего с коммерцией. Если вы просто турист и хотите познакомиться с шаманом, то, например, на Алтае с вас с большой вероятностью возьмут тысяч 10 рублей, отвезут за 30 км от Горно-Алтайска и покажут переодетого в перья сотрудника местного гастронома.

На «Дунгуре» шаманы не торгуют собой и не пытаются потоково зарабатывать на гостях. Это чисто профессиональный «съезд» шаманов со всех регионов России и многих стран мира. Например, в этом году приезжали шаманы из Перу, Монголии, Казахстана. Германии (внезапно).

Собираясь вместе «профсоюзами», шаманы обсуждают насущные вопросы — допустим, как популяризировать шаманизм, — обмениваются опытом, сверяют часы по солнцу и камлают у огромного костра. Еще раз: это НЕ для туристов. Но если так получилось, что вы турист и оказались на этом фестивале, то можете не сомневаться: он вас сильно впечатлит, а то и потрясёт.

Если честно, ничего более крутого в России, с точки зрения этнографии, я не видела,
— рассказала мне Маша из канала «Понаехавшая» (а ей есть что рассказать про этнографию в России).

Летом она побывала на «Дунгуре» и сделала подробную серию постов — читайте отсюда. Фото для этого поста я позаимствовал у нее.

Будет ли «Дунгур» проходить в 2026 году — пока непонятно. Но если будет, то я очень советую вам на него поехать.

В России осталось не так много по-настоящему трушных и аутентичных событий. Даже на якутском Ысыахе уже зона VK, толпы блогеров и звезд. Алтай давно превратился в супермаркет псевдодуховности. На Ольхоне сплошные отели и латте на банановом. Тыва в этом смысле пока совсем не испорчена инфоцыганами и большими деньгами. На «Дунгуре» у вас не будет спонсорских корнеров с мягкими диванами и выступлений Вани Дмитриенко. А вот столкновение лицом к лицу с загадочным и мистическим миром тувинского шаманизма вам обеспечено.

@kaktudapopast

Жемчужина этого музея — рынок артизана, где местные мастера и работают, и торгуют.

В отдельном ангаре рядами стоят прилавки-мастерские, прямо тут же вырезают фигурки, шьют сумки и делают бижутерию. Из китайского хлама только сумочки Гуччи (а что за рынок без них), но всё остальное — чистейшая ручная работа.

Тут есть все самые главные нигерские сувениры: красивые браслеты, кожаные тапки, деревянные маски и сотни разных серег, подвесок и фигурок. Для страны где фактически нет въездного туризма это потрясающе.

Стоит всё не очень дорого, к тому же местные не особенно умеют торговаться и почти сразу соглашаются на цену в 2-3 раза ниже — то есть нормальную для обеих сторон.

Таблички у каждого вольера нарисованы вручную. Текст выведен кисточкой, а названия животных дублируются на четырёх (!!!) языках: французском, хауса, зарма и английском.

Зарма — это языки местных племён, а хауса — очень распространённый в регионе язык, на котором говорят больше 100 млн человек.

Все местные посетители почему-то толпятся у клетки с бабуином, дразнят его и смеются. В вольере с коровами есть одна с очень толстыми рогами. Львы у себя даже не трогают обед, слишком жарко.

Посреди музея (а мы в музее) в круглом зелёном пруду как в кастрюле лежат два бегемота. Отдельно от них ещё розовый бегемотик. Говорят, мать его напала на людей и её застрелили, а детеныша взяли в музей, чтобы не помер.