🇹🇿 Четырёхлетняя война шимпанзе Гомбе

Не все знают, но с 1974 по 1978 гг. в Танзании велась ожесточённая война. Причины молчания прессы и международного сообщества заключаются в том, что засвидетельствовал её лишь один человек — британская учёная-приматолог Джейн Гудолл в Национальном парке Гомбе-Стрим, а воевали между собою... шимпанзе.

История конфликта

Более 15 лет провела Гудолл в парке Гомбе в момент, когда в общине шимпанзе под названием Касакела, за которыми она наблюдала, произошёл раскол. 6 самцов и 3 самки отделились от группы и отправились на юг. Новая группа получила название Кахама. Основная масса, 8 самцов и 12 самок, остались там же, где и были. Вскоре Гудолл стала свидетельницей жестокой расправы членов группы Касакела над самцом из «сепаратистов» Кахама. Зрелище её глубоко поразило: следует помнить, что 15 лет Касакела и Кахама дружно жили бок о бок.

Долгие годы я считала, что шимпанзе, хотя и демонстрируют сверхъестественное сходство с людьми во многих отношениях, в целом гораздо «добрее» нас. Внезапно я обнаружила, что при определённых обстоятельствах они могут быть такими же жестокими, что у них также есть тёмная сторона характера.

После первой смерти конфликт продолжил набирать обороты и за четыре года «войны» все самцы Кахама оказались мертвы. Их территория была захвачена Касакела, а самки похищены, но на этом победители не остановились и двинулись дальше — на землю общины Каланде. Завоевание не удалось, и Касакела были разгромлены.

За что обезьяны воюют?

Шимпанзе — территориальные животные, способные убить ради охраны границ, которые они регулярно патрулируют. Именно с таким поведением встретилась и Гудолл. Её оценки доброты приматов тут же столкнулись с критикой коллег: якобы, к необходимости защищать территорию обезьян подталкивает нехватка пищи и территории, вызванная деятельностью человека. Тем не менее, более современные исследования показывают, что смертельная агрессия у шимпанзе и бонобо чаще объясняется адаптивными стратегиями в конкурентной борьбе, чем человеческим воздействием. Агрессия к сородичам приносила результат в виде пищи, пространства и самок.

Не только война, но и политика

В 1982 году знаменитый нидерландский приматолог Франц Де Вааль написал книгу «Политика у шимпанзе». В ней он определил политику следующим образом: «Социальная манипуляция, нацеленная на достижение и поддержание влиятельных позиций». Вот пример поведения, который, согласно Ваалю, доказывает, что политика у шимпанзе действительно существует:

Иногда альфа-самца буквально донимает более молодой соперник, всячески стараясь вызвать на бой. Он кидает в его сторону камни, бросается к нему, будто собираясь напасть, его шерсть стоит дыбом. Опытные альфы полностью игнорируют всю эту суету, как бы не замечая, а потом не спеша обходят союзников, успевая делать груминг каждому. Так что ближе к концу дня, когда придёт время для контрнаступления, молодой да горячий окажется в явном проигрыше.

Исследователь отметил, что для такого поведения необходимы высочайший самоконтроль и способность к планированию. Кроме того, он описал другую политическую интригу — подкуп союзников с помощью мяса — и эпизод «миротворчества», когда сильнейший шимпанзе в группе остановил драку, выдав затрещины всем участникам независимо от стороны. Основываясь на исследованиях Вааля и Гудолл, современные учёные предполагают, что у высших обезьян существуют прообразы права, чувство справедливости, доверие и этическая система, главный принцип которой — «око за око».

«...и до сих пор берут меня сомненья:
так человечны эти шимпанзе
иль человек весьма подобен зверю?»

Приведённые выше строки из посвящённого этой «войне» стихотворения принадлежат польской поэтессе Катажине Зехентер. Аналогичную дилемму пытаются разрешить математики и лингвисты: так, недавно было обнаружено, что жесты шимпанзе и человеческий язык основаны на одинаковых математических принципах. Однако вопрос не только в том, что мы имеем эти знания, но и в том, как мы сумеем их применить, глядя со ступени, куда нас поставила эволюция.

Памяти Джейн Гудолл

@africanists