Сегодня в Японии вспоминают жертв катастрофы в Фукусиме, которая произошла 15 лет назад. Хотя в большую часть зоны отчуждения уже вернулись люди, сохраняются и закрытые районы (и туристам нельзя их посещать), а 30 тысяч японцев до сих пор живут в пунктах временного размещения.

Причиной катастрофы на АЭС стало неудачное расположение резервных генераторов, которые должны было охлаждать топливо в экстренной ситуации, но и само по себе цунами тоже унесло много жизней.

Поэтому, хотя вероятность проблем именно во время вашего визита в страну крайне низка, всегда полезно соблюдать базовые требования безопасности – уходить подальше от берега при объявлении тревоги. Обязательно поставьте себе приложение NERV, чтобы узнать об опасности, и почитайте о том, что делать при землетрясениях.

И не нервничайте зря: помните, что медведи в Японии опаснее, чем землетрясения.

«Остановитесь на минуту перед низенькой, темно-красной с луковицами-главами церковью Григория Неокесарийского. Ведь, право, она не лишена оригинальной физиономии, ведь при ее созидании что-то явным образом бродило в голове архитектора, только это что-то в Италии выполнил бы он в больших размерах и мрамором, а здесь он, бедный, выполнял в маленьком виде да кирпичиком; и все-таки вышло что-то, тогда как ничего, ровно ничего не выходит из большей части послепетровских церковных построек».

Аполлон Григорьев о храме Григория Неокесарийского на Большой Полянке в Москве

Случается иногда радоваться долгожданным открытиям. Но в данном случае радость неполная: наконец атрибутированное здание до этого момента не дожило. В августе 2022 года железнодорожный вокзал в Железнодорожном снесли, чтобы построить на его месте новый — в рамках проекта МЦД.

Тем не менее его авторы теперь известны: архитектор В.Н. Крыков и инженер В.И. Петров. Думаю, никому ни о чем не говорящие имена. Работали они в московском Желдорпроекте, и вот о нем можно сказать пару слов. Это проектная организация из обоймы Министерства путей сообщения, которую не стоит путать с сетью институтов системы Министерства транспортного строительства. Если Мос-, Лен-, Метро- и прочие гипротрансы были на слуху, то Желдорпроекты оставались в тени: интересные заказы им доставались редко. В Подмосковье это в основном технические сооружения и привязка жилья.

Но это здание — единственный построенный по индивидуальному проекту модернистский железнодорожный вокзал в Подмосковье, где и типовые можно пересчитать по пальцам. Несмотря на институциональную обособленность, архитектор из Желдорпроекта создал очень актуальный для своего времени проект: краснокирпичные фасады с белыми акцентными элементами, в том числе обожаемыми советскими архитекторами 1980-х арочками, рифмуются и с работами областных архитекторов из Мосгражданпроекта, и с проектами Мосгипротранса, и с плодами их сотрудничества на БАМе. Но вокзал не теряется среди них: яркое образное решение с роскошным порталом в виде трапециевидного «экрана» с часами и изящным фонариком-восьмериком, венчающим здание, делает его хорошо узнаваемым.

Так в очередной раз убеждаюсь, что советская архитектура больше, чем можно себе представить. И даже архитектор из самой невзрачной на первый взгляд проектной организации мог создать что-то классное, если ему на то выпадал шанс.

В докладе недавно я упоминал о том, что протоколы заседаний комиссии по планировке и застройке городов и поселков Московской области — огромный источник для поиска самых обреченных атрибуций. Только их, увы, недооцифровали. И эта атрибуция как раз случайно попалась мне на одном из пары десятков тысяч неоцифрованных листов.

И к слову, комиссия в 1979 году сочла эскизный проект вокзала «недопустимо неэкономичным» и рекомендовала авторам устранить «излишнюю массивность и нарочитость» фасадов, отказаться от наличников на окнах второго этажа.

Фотография из Викимапии.