Французам почти не дано понять, как работают наши уменьшительно-ласкательные имена. Ну невозможно им объяснить, почему Александр вдруг становится Сашей, Мария внезапно Машей, а Леша так вообще «кот». Ещё больше страдают те, кто любит русскую классику, потому что у них Иван в начале романа превращается в Ванечку к середине, и они искренне думают, что это уже другой персонаж и сюжет куда-то поехал.

И вот на днях наш чудесный друг радостно встречает нас и говорит: «Бонжур, Мача!» и добавляет: «Я помню, что ты не Мария для родных и близких, а Мача», и смотрит на меня довольный, будто сдал экзамен на пять.

А я стою и думаю: Мачой меня ещё никто не называл. Поблагодарила его за старания и подготовку, а потом объяснила, что «Мача» может быть в унитазе, на набережной или в хипстерской кофейне, а я всё-таки Маша.

Но и Машей во Франции быть сложно. Потому что «Masha» для французского уха звучит как machin, то есть «фигня, штука, хрень». Так что проще быть Мари. #профранцузов